![](http://www.evrey.com/sitep/lineprint.gif)
Директор иешивы
Директор иешивы, которая помогает подросткам вернуться в нормальную колею, позволил мне рассказать о типичном дне наших учеников. Сразу скажу: наши ученики оставили еврейский образ жизни, полностью или частично, и теперь идут по дороге обратно...
ЛУЧШЕ ПОЗДНО, ЧЕМ НИКОГДА
Рав Аарон Броди
Мы начинаем нашу неделю с Сандэй Морнинг Брэкфаст Клаб. Ровно в девять часов утра парни усаживаются в автобус и едут молиться к Котелю (Западной Стене, которую принято называть Стеной Плача). В 9.30, в тфилин, в кожаных куртках, с напомаженными волосами (один вообще нацепил картонную кипу) мы приближаемся к Творцу.
Если кто-то из ребят закончил молиться Шмонэ эсре раньше других, он может пойти покурить. А хазан, ведущий молитву, конечно, не может, потому что стоит перед Котелем .
Во время молитвы постоянно подходят туристы и фотографируют наших ребят, чтобы отобразить вечный цвет “еврейской молодости”. Наш захватывающий дух шахарит (утреннюю молитву) завершает кофе с бэйгеле (бубликами) в Старом Городе.
Когда кофе окончательно пробуждает наше сознание, мы выбираем приятное место под открытым небом с видом на Котель, чтобы учить Тору.
Иногда у нас есть стулья. Порой мы сидим и учимся прямо на земле. Но это для нашей бравой компании — не помеха. В конце концов, разве не говорили еврейские мудрецы: “...спи на земле, веди трудную жизнь и над Торой трудись”?..
Мои попытки острить могут скрыть многие достижения этих ребят во время нашего маленького путешествия к Котелю. Например, такой факт: все встали в девять утра, не продолжали валяться в постели. Это уже большая победа.
Более того, они совместно трудились, и когда будили друг друга, и во время молитвы. Все они наложили тфилин, и, наконец, вознесли свою утреннюю молитву в миньяне (в общине, состоящей минимум, из десяти мужчин старше 13 лет).
Всякий нормальный еврей встает в семь утра, а, может, и раньше, — возразят мне. Идут на молитву, потом — на работу. Подъем в девять — это уже проявление лени. И вообще, можно ли называть шахарит раз в неделю в половине десятого утра достижением? И еще. Заповедь тфилин — обязанность еврея. И, если подростки ее выполняют, почему я говорю об этом как о признаке настоящего роста?
Все зависит от точки отсчета. Видимо, правы окажутся те, кто скажет, что здесь речь идет о группе исключительно ленивых мальчиков, которые лишь иногда заставляют себя делать то, что для других составляет основу жизни. И при этом кто-то еще ждет от читателя радостной реакции, как если бы эти ребята только что закончили изучение одного из трактатов Талмуда? Вот, если бы это рассказать Бердичевскому ребе, знаменитому заступнику, который всегда и во всем умел находить что-то хорошее...
Вполне разделяю недоумение родителей и учителей этих мальчиков. Почему это он не может вставать с постели по утрам, как все нормальные люди?.. Почему он не одевает цицит?.. — с нотками возмущения в голосе спрашивают они. Ах, он просто забыл... Почему же он не забывает надеть модные ботинки?!
Его тфилин в пыли. А когда он, наконец, его накладывает, может он, по крайней мере, надеть
рубашку?.. Как он умудряется читать Шма под рев тяжелого рока?
Как реагируют эти мальчики на подобную критику родителей и учителей?
Очень часто, чтобы избавиться от родительских упреков и заслужить похвалу, подростки изображают, что делают намного больше, чем на самом деле. Как Эйсав, который говорил отцу: “Папа, должен ли я отделять десятину от соли?” (чего, как известно, делать не нужно). А когда такой мальчик готов, наконец, соблюдать заповеди, отец спрашивает его: “Ты сегодня молился минху (послеполуденную молитву) в миньяне? Ты сегодня хорошо занимался после ужина в иешиве? Ты молишься в шляпе и пиджаке?” Родителям трудно осознать, что его ребенок уже год не накладывал тфилин, что он редко молится и ему приходится изо всех сил бороться с собой, чтобы сдержать свои страсти и соблюдать субботу. Они интересуются минхой и не понимают сути его проблем. Не понимают, что перед ним стоит вопрос принципиальный: “быть или не быть” соблюдающим заповеди евреем. Внутренний зов выбрать “жизнь” (ибо жизнь, как учит нас Тора, в соблюдении воли Творца) и в самом деле трудно услышать под рев тяжелого рока.
Эти юные взрослые, наверное, как никто другой нуждаются в поддержке и ободрении. Для их исцеления необходимо, чтобы они почувствовали: в них верят, их принимают, их любят. “Могут ли мама и папа избавиться от видения Сефер Торы, которую они получили при моем рождении, и реально оценить, кто я? Есть ли у меня мужество, чтобы изменить свою жизнь? Могут они перестать оглядываться, престать беспокоиться, что думают обо мне другие? Способны ли они разглядеть во мне достоинства? Может ли хоть кто-нибудь оценить красоту утренней молитвы в 9.30 у Котеля, где на краткий миг для меня открывается окно, и я снова чувствую Творца и знаю, что не одинок в этом мире”? Примерно такие вопросы мучают подростка, которому трудно с собой справиться, но он испытывает желание жить по законам Торы, пусть и весьма смутное.
К чему приводит постоянная критика, постоянные требования, превышающие возможности подростка? Прежде всего, к возникновению комплексов. В конце концов, парень говорит себе: “Не хочу быть частью системы, в которой я неудачник. Буду искать мир, который примет меня”.
Придет время, и внутренний голос позовет его обратно, но тогда возникнут новые трудности.
Когда такие подростки накладывают тфилин, они связывают себя с системой, которой они не принадлежат, а одеть цицит для них означает — расстаться с миром, который его принимает. Возложить тфилин на голову, значит для них, что они набрались мужества и допустили саму возможность, что Тора и заповеди — их надежные друзья. Решиться на то, чтобы встать в девять утра и прочитать всю утреннюю молитву для такого подростка, быть может, гигантский шаг к возвращению домой.
Когда здравомыслящие люди спрашивают: “Почему ты не надеваешь пиджак и шляпу?”, они демонстрируют свое осуждение. В такой ситуации наложить тфилин — проявление мужества. Далеко не каждый подросток сумеет ответить: “Да, я такой. Я ищу свой путь. И делаю это для себя, чтобы вы не говорили ”.
Когда парень скажет вам: “Может ли кто-нибудь оценить красоту утренней молитвы с тфилином у Котеля в 9.30, когда на краткий миг открывается окно, и я знаю, что пришел домой?”, знайте, это момент, когда он ступил на мост, ведущий к зрелости .
Джуиш обзервер
|