В начале 1930-х годов на окраине города Ворошиловграда на улице «Ворошиловских
стрелков» поселилась молодая семья Соболевых — единственная еврейская семья в
этом районе. Построили дом. Сад, огород, корова и другая живность появились
потом.
Когда у них родился сын, они назвали его Борей. Отец Бори, Абрам Львович,
работал бухгалтером на заводе, мать Фаина Григорьевна — продавцом в магазине.
Боря рос вместе с другими ребятами — «на улице». Позже родилась и сестра Лиля.
В 1941 году началась война. Немцы стремительно приближались к Ворошиловграду.
Начались бомбежки. Во дворе выкопали бомбоубежище. Когда до Соболевых дошли
слухи о зверствах фашистов, отец отправил на товарном поезде в эвакуацию жену с
малолетними детьми, а сам добровольцем ушел на фронт.
Фаина Григорьевна с сыном и дочерью попала в Наманган (Узбекистан). И все —
выжили. В Намангане дети быстро освоили узбекский язык, и стали похожим на
местных ребят. В 11 лет Боря начал зарабатывать — приносил на базар начерпанную
в колодце холодную воду и продавал ее стаканами. На рынке к нему отнеслись
благосклонно. На вырученные от торговли водой деньги он мог по дешевке покупать
овощи и фрукты.
— В эвакуации я заболела сыпным тифом, — рассказывает сестра Бориса Лиля. — Меня
забрали в инфекционную больницу, вход в которую категорически воспрещался. Мой
брат по трубам забрался на второй этаж и в окно передал мне фрукты. И я чудом
осталась в живых».
Вскоре пришло известие о ранении отца. Его поместили в госпиталь в
Казани. Туда, в Казань, поехала и Фаина Григорьевна с детьми. На
грузопассажирском судне пересекали Каспийское море. Качка была ужасная, многие
лежали на палубе, и матросы не успевали помогать пострадавшим. Борис стал в
команде помощником матроса. За это Соболевых кормили. Своей еды у них вообще не
было.
В Казани Боря снова начал учиться. Летом работал на химической фабрике, а по
ночам с другими ребятами и взрослыми дежурил на крыше — чтобы на доме не
взорвалась зажигательная бомба.
Война шла к концу, близилась победа. Борису исполнилось 13 лет. Семья вернулась
в Ворошиловград.
После ухода немцев, в городе орудовали банды. Много было и просто хулиганов. По
вечерам и ночам выходить на улицу стало опасно. Борис собрал ребят со своей и с
соседней улиц. И вместе они, участвуя в нескольких серьезных потасовках, дали
достойный отпор шпане. В ход шли не только кулаки, но и кастеты, ножи и даже
настоящее оружие (трофейного хватало). «Авторитет» был завоеван, и можно было
жить более или менее спокойно.
Потом — машиностроительный техникум. Параллельно Борис заканчивал вечернюю
школу. В 1946 году (в 16 лет) он получил аттестат зрелости. Вскоре пошел на
завод слесарем.
В 1951 году (в 21 год) Борис окончил Ленинградский заочный индустриальный
институт и устроился на работу на Минский тракторный завод — технологом
механического цеха. Осваивал специальность и продвигался по служебной лестнице,
что было в те годы с его национальностью — нелегко. И все же его назначили
сначала заместителем начальника по технической части крупнейшего
машиностроительного цеха (более 2000 работников), а в 1956 году (в 26 лет) —
заместителем главного технолога завода, потом «исполняющим обязанности» главного
технолога тракторостроительного объединения.
… Шел 1964 год. Борис Соболев понимал, что перспектив в продвижении по службе на
заводе у него уже нет. В то время в Минске создавался Центральный
научно-технический институт техники управления (ЦНИИТУ). Директором института
назначили бывшего главного инженера Минского тракторного завода Н.И. Ведуту. И он
пригласил Соболева возглавить одну из лабораторий. Приглашение было принято.
Вычислительная техника только начала внедряться в управление производством.
Простор для инициатив открывался необозримый.
Большой производственный опыт и целеустремленность позволили Б.
Соболеву принимать самое активное участие в создании нового направления в
машиностроении – Автоматизированных Систем Управления.
Именно он (тогда Соболев стал уже главным конструктором института по
тракторостроению) выступил на Всесоюзной конференции тракторостроителей с
докладом о первых результатах автоматизации на Минском тракторном заводе.
Для практического внедрения автоматизации на отраслевых предприятиях на всех
стадиях требовалось непосредственное участие главного конструктора. Соболев
ездил в командировки по всей стране — от Балтики до Байкала, от северных границ
до южных.
С 1982 года опыт советских машиностроителей стали перенимать и в Восточной
Европе. Соболев разрабатывал АСУ в Варшаве, Праге и других зарубежных городах.
Успешное внедрение автоматизации на многих заводах сопровождалось
соответствующими наградами. Главного конструктора Б.Соболева награждали
золотыми, серебряными и бронзовыми медалями ВДНХ СССР, а в 1972 году ему
присудили Государственную премию БССР. В ЦИИТУ установили «Аллею Славы» — был
там и его портрет.
Напряженная работа чередовалась с интересным отдыхом. Соболевы любили
путешествовать по Беларуси. Ездить на «Запорожце» по белорусским дорогам,
особенно в дождливую пору, надо было уметь. Случалось застревать так,
что вытащить машину мог только трактор.
В ЦНИИТУ Борис Соболев проработал до самого отъезда в Израиль.
Решение уехать было непростым. Налаженный ритм жизни, материальная
обеспеченность — хорошая квартира в Минске, дача в пригороде, капитальный гараж
во дворе. Два сына стали самостоятельными, сумели прекрасно себя обеспечить.
Чего еще желать?..
— Прежде всего, мне хотелось жить там, где не нужно «скрывать» свою
национальность, — объясняет Б.Соболев. — Всем известно об ограничениях на прием
евреев в учебные заведения и на работу. Мне самому по роду своей деятельности
разрешалось принимать на работу людей. Но только — не евреев. Их кандидатуры
утверждались на уровне директора института. И это было для меня унизительно. К
тому же, в тот период, когда созревало мое решение покинуть Беларусь, обстановка
накалилась до предела — евреи ожидали погромов. Я никогда не был человеком
беспечным, и на всякий случай во входных дверях своей квартиры и в квартирах
сына и сестры установил внутренние металлические решетки…
В марте 1991 года Борис с сыновьями приехал в Израиль.
Вначале, как все, пошел учить в ульпане иврит. А через пару месяцев устроился
уборщиком в магазин. И одновременно организовал «Амуту» (объединение), на основе
которой впоследствии, создал при Иерусалимском политехническом институте (и
возглавил) «Центр развития идей — IDC».
Дело оказалось не простым. Членам IDC выплачивали так называемые стипендии
Шапиро, предусмотренные для ученых, недавно приехавших в страну. Этого надо было
еще добиться — обычно прошения о предоставлении таких стипендий рассматривались
лишь индивидуально.
Ученые созданного Соболевым Центра разрабатывали и развивали не только
собственные проекты, но и пытались помочь другим специалистам реализовать свои
предложения. В базе данных IDC насчитывалось более 500 заявок.
В те годы президент Сионистского Форума Натан Щаранский готовился к выходу в
большую политику. Он организовал семинары, на которых опытные пиарщики обучали
будущих кандидатов в Кнессет. В эту группу (впоследствии почти все участники
семинара вошли в состав руководства созданной Щаранским партии «Исраэль ба-Алия»,
а некоторые стали депутатами Кнессета) включили и Б. Соболева. Посетив несколько
занятий и разобравшись в «технологии» политической борьбы, Борис решил, что
такие методы ему не нравятся. На этом его «политическая карьера» закончилась.
Потом он лишь изредка присутствовал на встречах с будущими и действующими
членами Кнессета и руководителями страны, включая президента.
С 1995 года Соболев начал активно интересоваться еврейской традицией. Посещал
семинары и лекции, организованные равом Ефимом Свирским. На одном из таких
семинаров узнал о существовании «русской программы» йешивы при международной
еврейской религиозной организации Эш а-Тора. Вскоре глава этой программы Ш. Шварц
объявил конкурс на лучший проект по осуществлению программы в диаспоре. Соболев
разработал викторину «Шалом» и
одержал победу в конкурсе. Ему предложили
возглавить реализацию своего проекта.
С тех пор трудовая деятельность Бориса связана с организацией Эш а-Тора.
Викторина «Шалом», способствующая изучению еврейской истории и традиции,
проводилась в России, Украине, Беларуси и в Израиле. В ней принимали участие
более 25.000 человек. Очные туры проводились в Киеве, Одессе, Харькове,
Днепропетровске, Минске и Иерусалиме и пользовались популярностью, в том числе —
и в молодежной среде.
Быстрое развитие Интернета подсказало новое направление популяризации еврейских
знаний. При организации Эш а-Тора был создан сайт на русском языке. Через
некоторое время «русское» отделение организации Эш а-Тора возглавил рав Элиягу
Эссас, и сайт www.evrey.com постепенно превратился в один из самых популярных
еврейских сайтов на русском. Борис Соболев стал его административным директором.
Теперь, когда Соболев прожил в Израиле 17 лет, он смело может сказать, что
прижиться в незнакомой стране (такой страной поначалу казался ему Израиль) так,
чтобы найти в ней собственный путь и предназначение, конечно же, нелегко, но —
вполне реально. Но для этого необходима вера в свои способности, умение
преодолевать трудности, ставить перед собой конкретные цели и — стремление быть
нужным людям…
