22 цикл обсуждения Прочесть двадцать шестой цикл обсуждения Прочесть двадцать пятый цикл обсуждения Прочесть двадцать четвертый цикл обсуждения Прочесть двадцать третий цикл обсуждения Прочесть двадцать второй цикл обсуждения Прочесть двадцать первый цикл обсуждения Прочесть двадцатый цикл обсуждения Прочесть девятнадцатый цикл обсуждения Прочесть восемнадцатый цикл обсуждения Прочесть семнадцатый цикл обсуждения Прочесть шестнадцатый цикл обсуждения Прочесть пятнадцатый цикл обсуждения Прочесть четырнадцатый цикл обсуждения Прочесть седьмой цикл обсуждения Прочесть шестой цикл обсуждения Прочесть пятый цикл обсуждения Прочесть четвертый цикл обсуждения Прочесть третий цикл обсуждения Прочесть второй цикл обсуждения Прочесть первый цикл обсуждения ГЛАВА «ДВАРИМ»   Место в Торе: Пятая, последняя книга Торы — Дварим, гл. 1, ст. 1 — гл. 3, ст. 22.   Почему она так называется? По первой фразе: «Вот слова, которые говорил Моше всем сынам Израиля...» (гл. 33, ст. 1). На иврите «слова» — дварим   Обсуждение главы «Дварим»   1. Мы в книге   Наша глава и вся книга Дварим начинается фразой — «Вот речения, с которыми обратился Моше ко всему Израилю» (Дварим, гл. 1, ст. 1). Книга Дварим, как известно — наполнена мусаром (этическими нормами и установками), моралью и наставлениями. Но в чем ее квинтэссенция? В Талмуде (трактат Бава Батра, лист 165) Учителя делают вывод, что большинство людей, в той или иной мере — виновны в воровстве. Меньшая их часть — запуталась в запрещенных связях. И абсолютно все погрязли в злословии (на иврите — лашон hа-ра). И действительно. Кто-то звонил в рабочее время по личным делам. Кто-то случайно прихватил из офиса шариковую ручку или маркер. Кто-то некорректно вел переговоры и снизил размер прибыли. Кто-то не доплатил маклеру, не заплатил за проезд и т.д. Иначе говоря, кто-то украл время, кто-то похитил сон… Трудно найти человека, который ни разу ничего не украл. Ведь даже если один человек ввел другого в заблуждение — это тоже считается воровством. Ну, а с лашон hа-ра, что? Неужели все — любители позлословить? Может, и не все, но пыль (авак) от лашон hа-ра лежит на всех. И намек на это содержится в рассматриваемой нами фразе — «Вот речения, с которыми обратился Моше ко всему Израилю». Буквы, образующие первое слово в ней, слово эле (вот) — начальные буквы в выражении «авак лашон hа-ра» (пыль злословия). Поскольку пыль от лашон hа-ра лежит на всех — Моше и обратился с критикой и наставлениями ко всему Израилю. Это — в узком, конкретном смысле. В более общем, можно сказать, что у каждого еврея есть свой удел в Торе — заповедь, закон, понятие, слово или буква, связанные с корнем его души. Но с книгой Дварим существует особая связь, особенная близость, потому что Моше, чтобы донести ее до сердец сынов Израиля — вложил все свои силы. Как сказано: «вот hа-дварим» — вот книга Дварим, которой Моше обучал весь Израиль. Обучал так — будто делал это в последний раз. И действительно. Завершив свое обращение к народу Израиля, Моше умер. Книгу Дварим называют еще и Мишне Тора (повторение, изучение Торы). Слово мишне созвучно со словом мешане — меняет. Книга Дварим меняет человека — и того, кто ее изучает, и того, кто обучает ей. Чем глубже речения Моше входили в сердца всего Израиля — тем сильнее становился Моше. Что, в свою очередь — позволяло ему еще эффективнее преподавать. Подобная связь между учителем и учеником хорошо отображена на примере пророка Элиягу и его ученика Элиши. Когда Элиягу пришло время расстаться с Элишей, он спросил, что тот хотел бы от него получить? И Элиша ответил: «пусть дух, который на тебе, будет на мне вдвойне» (Вторая книга Мелахим — Царей, гл. 2, ст. 9). Благодаря стараниям и усилиям Моше, сегодня любой еврей способен изучать Тору. Ведь, Моше вложил ее не только в сердца своих непосредственных слушателей и учеников, но и в сердца их потомков, во всех грядущих поколениях. Поэтому у Торы — семьдесят лиц, чтобы каждый смог найти то, что повернуто к нему. И она объяснена на семидесяти языках — чтобы не забылась даже в галуте (изгнании), среди семидесяти народов.   на основе комментария раби Авраама-Мордехая Алтера (Имрей Эмет; Польша – Израиль, середина 20-го века)       Автор текста Мордехай Вейц