New Page 1
|
|
![](/sitep/img_files/lineanaliz.jpg)
![](/sitep/img_files/linearciv.jpg)
(5.01-17) Суд над Азарьей как капля, отражающая море.
![](/sitep/linearchiv.jpg)
Суд над Азарьей как капля, отражающая море. (5.01-17) В среду, 4 января, ефрейтор израильской армии Эльор Азарья военным судом в Тель-Авиве был признан виновным по двум пунктам обвинения, - “непредумышленном убийстве” и “недостойном поведении”.
Речь идет об эпизоде террористической войны против Израиля, произошедшем в районе Хеврона весной 2016 г.
Утром 24 марта на перекрестке в городе Хеврон двое арабских террористов, вооруженных ножами, напали на военнослужащих и тяжело ранили одного из них. По нападавшим был открыт огонь на поражение: один из убийц (Рамзи аль-Касрауи) был застрелен на месте, второй (Абд аль-Фаттах аш-Шариф) был ранен.
На место происшествия прибыли бригады скорой помощи "Маген Давид Адом". После того, как раненого военнослужащего уложили в амбуланс, один из санитаров, ефрейтор Эльор Азарья выстрелил в голову террористу Аш-Шарифу, лежавшему на земле в теплой не по погоде куртке. В тот же день организация "Бецелем", специализирующая на организации провокаций против сил ЦАХАЛа в Иудее и Самарии и поиске компромата на израильских военных, опубликовала видеозапись, на которой видно, как Эльор Азария стреляет в террориста Аш-Шарифа.
Помимо видеозаписи распространенной организацией "Бецелем”, прошедшей , очевидно, тенденциозную редактуру, - были обнаружены и другие видео-свидетельства, на которых, в частности, слышно, как, предположительно медик говорит, что “у террориста есть бомба”, и что к нему “нельзя приближаться” до прибытия саперов.
Между тем, 18 апреля военная прокуратура предъявила Эльору Азарьи обвинение в “непредумышленном убийстве и в недопустимом поведении”. "Обезвреженный террорист лежал на земле, он был жив, но не представлял конкретной и немедленной опасности для находящихся рядом гражданских лиц и военнослужащих, – говорится в обвинительном заключении. – ...(Обвиняемый) выстрелил с близкого расстояния, прицелившись в голову и поразив цель. Все это было сделано вразрез с инструкцией открытия огня, без оперативной необходимости, в то время, когда раненый террорист лежал на земле".
В тексте оглашавшегося 2 часа и 40 минут(!) судебного вердикта - случай сам по себе беспрецедентный в израильской военной судебной практике, - отмечается, что суд принял решение принять сторону обвинения и отклонить все доводы защиты.
"Намерение Эльора Азарии застрелить террориста и ничем не оправданные действия военнослужащего доказаны вне всякого сомнения", – говорится в решении оглашенном председателем военного суда, подполковником юридической службы ЦАХАЛа, Майей Геллер.
"Одной из главных составляющих судебного решения является фраза, сказанная Эльором Азарией: "Террорист заслуживает смерти"... Нет никакой связи между возможной опасностью и решением Эльора Азарии застрелить террориста... Тот факт, что речь идет о террористе, не является оправданием стрельбы в голову лежащего на земле террориста, наличие у которого взрывного устройства не доказано...".
Судья также заявила: "Обвиняемый пытался отстаивать две противоречащие друг другу (!!?- Evrey.com) версии – он утверждал, что выстрелил, чувствуя опасность, и что террорист был мертв в момент выстрела". (Информация о том, что к моменту выстрела террорист был уже мертв, была получена (и представлена суду защитой подсудимого) в результате проводившегося много месяцев спустя специального исследования под руководством бывшего главного патологоанатома Израиля профессора Хисса).
Странным образом судья выдает данные экспертизы ведущего специалиста Израиля, кстати говоря, отвергнутые ею, - за “показания Азарьи”, относящиеся к моменту самих событий, - как будто солдату уже в тот момент могли быть известны заключения более поздней экспертизы!
В соответствии с израильской судебной процедурой, на первом этапе суд устанавливает исключительно виновность или невиновность подсудимого, затем, через некоторый промежуток времени, отдельно выносит решение о мере наказания, в том случае, естественно, если подсудимый был признан виновным.
Как сообщается, судебные прения о мере наказания Э.Азарье будут 15 января. А потом, видимо в феврале, наказание будет определено.
Закон предусматривает за преступление, в котором обвинен Азарья до 20 лет тюрьмы (без установленного минимума наказания). Судебная практика показывает, что, как правило, в подобных случаях, суд выносит наказание в 2-3 года тюрьмы.
Представители левого лагеря выступили в поддержку решения военного суда. В частности, лидер левого блока "Сионистский лагерь" Ицхак Герцог заявил: "Три независимых (см. подробнее о “независимости” судей - комментарии ниже- Evrey.com) судьи вынесли сегодня свой приговор. Мы все обязаны уважать решение суда…”.
Сразу после вынесения вердикта суда о виновности ефрейтора Азарьи многие политики, включая премьер-министра высказались за то, чтобы солдат был амнистирован. Правом на амнистию обладает президент Израиля, чьи обязанности в настоящее время исполняет Реувен Ривлин.
Последний, однако, отверг имеющуюся у него возможность амнистировать Азарью уже на этапе вынесения вердикта о виновности, и заявил, что вопрос об амнистии Азарьи будет им рассмотрен только после обращения самого осужденного, либо его родственников, и лишь после оглашения судом исполнительной части приговора.
Говоря о возможной мере наказания Эльору Азарье, мы сразу хотим обозначить наше мнение: ефрейтор Азарья ни одну минуту не должен сидеть в тюрьме.
Наказание ему должно быть, максимум, условным. Вообще же, вполне достаточно было вынести солдату выговор, хотя также неизвестно, за что. Это если выбрать “обвинительную линию” в отношении ефрейтора Азарьи.
Мы, разумеется, не знаем все детали данного дела. Но, как и все, знаем то, о чем практически никто и не спорит. А именно: никто не спорит с тем, что пришли двое убийц, которые хотели убить солдат ЦАХАЛа, что они и попытались сделать, убив одного и ранив еще одного солдата, товарища Эльора Азарьи. В ответ солдаты стреляли по бандитам, в результате чего один из нападающих был сразу убит, а оставшийся в живых то ли был смертельно ранен, то ли не был смертельно ранен (эксперты спорят об этом до сих пор).
Затем в составе санитарного подразделения на месте теракта появился ефрейтор Азарья, который то ли находясь в гневе, то ли испугавшись опасности, исходящей от лежащего с ножом в руках и в толстой куртке террориста. При этом кто-то рядом кричал “Бомба!”. Азарья выстрелил, - чтоб не было споров о дальнейшей опасности “объекта”.
Таковы факты.
А дальше уже начинаются интерпретации.
Интерпретация суда выглядит так: нет никаких доказательств того, что террорист в момент выстрела представлял опасность. А когда нет опасности, то нельзя стрелять.
И потому суд осуждает Азарью за непредумышленное убийство, так как тот не имел права убивать. Как сказал, поддерживая этот подход, бывший главный военный прокурор Амнон Страшнов, “совершенно очевидно, что если нет опасности, стрелять нельзя, так как у нас моральная армия”. “Да, соглашается Страшнов, человек, убитый Азарьей - бандит, террорист, да он шел убить израильтян, но он ведь “тоже человек”, который имеет такие же права, как и любой другой человек".
И здесь мы усматриваем некую важную догму, из которой исходят принявшие свое решение судьи военного суда.
Дополнительной частью дела является то, что еще ДО судебного решения, на тему того каковым оно должно быть на стадии вынесения вердикта о виновности, - открыто высказались высшие руководители армии и государства. Так, сразу после инцидента, выступая перед депутатами Кнессета тогдашний министр обороны Моше Аялон публично заклеймил Азарью и назвал его действия “аморальными и преступными”, выразив уверенность что солдат понесет заслуженное наказание. И это произошло на самом раннем этапе следствия военной полиции по данному делу!
Точно такую же позицию занял и начальник генштаба Габи Айзенкот, публично высказавший осуждение действий Азарьи задолго до решения суда и на самом раннем этапе начала следствия.
Глава правительства также был среди тех, кто сразу публично осудил Азарью, однако очень быстро “дал задний ход”, призвав к “объективному расследованию” и даже совершил “страшное преступление” (с точки зрения левых израильских СМИ) позвонив родителям Азарьи с тем чтобы поддержать их “в этот нелегкий для них период”.
Заметим в этой связи, что участники данного судебного процесса - не просто судьи и прокуроры, они - ВОЕННЫЕ судьи и ВОЕННЫЕ прокуроры. И в качестве таковых подчиняются военному командованию.
И если бы те, кто инициировал суд, действительно стремились к его независимости от “мнений и пожеланий” высшего военного начальства, они должны были перенести рассмотрение дела в гражданский суд.
В данном же случае говорить о независимости и объективности военного суда КОМАНДИРЫ которого заранее вынесли обвинительный вердикт - просто смешно!
Складывается впечатление, что и глава суда, осудившего Азарью подполковник Геллер очень хорошо понимала, что речь идет не только о ее нынешнем статусе и сегодняшней высокооплачиваемой деятельности в качестве военного судьи, но и о дальнейшей АРМЕЙСКОЙ карьере.
Ибо невозможно, будучи находящимся на службе военным, ИГНОРИРОВАТЬ слова своих командиров. Более того, армия, офицеры которой игнорируют указания вышестоящих по должности офицеров - такая армия никуда не годится.
В такой ситуации - как минимум! - высшие военные, и прежде всего начгенштаба и министр обороны должны были “воды в рот набрать” относительно дела Азарьи и не давать своим подчиненным - следователям, а также дававшим показания по делу Азарьи командирам и сослуживцам, а также “непредвзятым” военным судьям, никакого повода думать о том, что они придерживаются какой-либо определенной линии и определенного отношения к действиям Азарьи.
Любое другое их поведение очень трудно расценить иначе как прямое давление на своих подчиненных и сознательное направление расследования и суда в угодную им сторону.
Совершенно очевидная ТЕХНИЧЕСКИ неизбежная ЗАВИСИМОСТЬ военного суда от МНЕНИЯ О ВИНОВНОСТИ АЗАРЬИ, УЖЕ ВЫСКАЗАННОГО начальством этого суда (смешно звучит, но это именно так) - делает решения военного суда по делу “осужденного министром обороны и начальником генштаба” Азарьи, мягко говоря, сомнительными, как с моральной, так и с юридической точки зрения.
Судебное разбирательство, проходящее в таком формате и при таких “исходных данных” напоминает советские судилища столь же “независимые от партийного начальства”, и более всего соответствует определению “судебный фарс”, в виду явного противоречия интересов военных судей не нарушать указаний командиров и сохранить должности и военную карьеру и интересами независимого и непредвзятого следствия и судебного разбирательства.
В любом случае нам совершенно непонятна логика военной прокуратуры и “независимого военного суда”: почему надо было вообще привлекать к суду 19-летнего парня, который не выступал за университетской кафедрой, будучи профессором философии или права, а был солдатом на передовой, солдатом, видящим убийцу, который только что ранил (а возможно и убил - часто положение раненых меняется драматическим образом уже в больнице) его товарища, а теперь лежит перед ним в толстой куртке и который то ли пошевелился, то ли не пошевелился, при этом раздаются крики о возможной бомбе на теле террориста!.
Мы не знаем, что бы делали мы, видя террориста в толстой куртке, под которой, как много раз уже было, мог быть скрыт пояс смертника и неизвестно, нет ли такого пояса смертника сейчас, в ситуации, когда ничего неизвестно, и счет идет на секунды.
И при этом нам ясно, что перед нами враг, который только что напал на солдат и который все еще может убить нас или находящихся рядом с ним людей.
Говорить (как намекал на это идейный защитник судебного вердикта по делу Азарьи, бывший главный военный прокурор Амнон Страшнов), что эта ситуация равна ситуации “когда по улице идет подозрительный араб и в него стреляют только из-за того, что он подозрительный” - говорить так значит проявлять полнейшую моральную и этическую несостоятельность и слепоту. В момент, когда еще течет пролитая террористами кровь израильтян, а убийца лежит - добитый или недобитый - какому нормальному человеку вообще придет в голову требовать от находившегося там солдата, чтобы он рассуждал как “профессор на кафедре”, рассуждая о ценности человеческой жизни. И то, что террорист - убийца - “любой человек”, - мягко говоря, неправда. Ибо это враг.
Однако, несмотря на очевидные вещи, бывший главный военный прокурор Страшнов говорит, что это всего лишь “обычный человек”. Демонстрируя еврейский нравственный релятивизм, - и полное безразличие к чувствам людей, и к обстоятельствам конкретной ситуации.
Исходя из подобного подхода подсудимый Азарья (как, впрочем, и все мы, оказавшись в подобной ситуации) должны мензуркой измерять степень опасности, что он может сделать, а что не может.
Смешно, - когда бы не было так безумно, глупо и опасно для Израиля и его граждан.
И еще о непредвзятости суда.
Притом, что профессор Хисс, ведущий патологоанатом Израиля, еще недавно, глава Израильского института судебной медицины “Абу-Кабир” заявил, что вскрытие показало, что террорист после обстрела солдатами ЦАХАЛа в момент теракта практически был уже мертв и совершал рефлекторные движения руками (что напугало окружающих, в том числе Азарью) - суд лихо отбросил мнение бывшего директора головного института судебной экспертизы, чтобы заявить: именно Азарья “виновен” в том что террорист был окончательно добит.
И неудивительно: иначе Азарью не за что было бы судить, так как намерение убить уже убитого террориста не представляло бы собой сколько-нибудь “значимый кейс”.
Да и могло ли быть иначе, если непосредственные начальники судьи Геллер подсудимого Азарью уже давно “приговорили” и вынесли ему обвинительный вердикт.
При всем этом, израильские СМИ смехотворно и на полном серьезе обсуждают бредовую версию о том, что судьи “совершенно независимы и непредвзяты”. Как подполковник армии может быть “совершенно независим от начгенштаба”? Да такую армию, повторим, надо было бы разогнать! В любой армии подчиненные “натренированы” выполнять приказы начальства и точно проводить линию командира…
Судья Геллер, как мы уже говорили выше, читала приговор более чем два с половиной часа, в то время как в военных судах всех уровней обычно читают приговор полчаса, максимум час.
Основное время своего выступления - приговора судья посвятила… защите. Тому, как виновата защита, какие ошибки ею были совершены и насколько она неправа. Судья “бомбила” защиту, как учитель делает выговор нерадивому ученику. В суде так не делается. Складывается впечатление, что, судьей был отработан специфический сценарий поведения, призванный отработать не только высокую зарплату, которую получает в Израиле судья, но и обеспечить свою будущую карьеру.
В любом случае, традиции и правила ведения судебного заседания судьей были нарушены: подполковник Геллер 2 часа 40 минут читала приговор ефрейтору (и делала строгий выговор его защите)!
Все это нас, авторов аналитической группы сайта Evrey.com крайне огорчает. Ибо дело Азарьи, приговор ему и поведение в этом деле высших военных командиров, политиков и судей, - не просто некий частный инцидент. Как капля воды он отражает грустную картину: все еще критическую недостаточность в верхних и средних эшелонах армейской иерархии хорошо усвоенного еврейского мировоззрения.
В данной связи становится понятно, почему нынешний начальник Генштаба свернул преподавание еврейского мировоззрения в армии, которое раньше было возложено на армейскую раввинскую структуру, у которого были вообще отобраны “воспитательно-образовательные функции”, которые использовались для максимального расширения еврейских знаний в армии, и в оставлена, в основном, лишь техническая, “кухонная” роль - роль наблюдения за кашрутом.
Функцию воспитательных мероприятий начгенштаба Айзенкот “мудро” перевел из раббанута в образовательно-воспитательный отдел армии. Последние годы воспитательный отдел и раббанут параллельно занимались воспитательной работой: еврейской частью образования и просвещения занимался армейский раббанут. “Светской” же частью образования и воспитания занимался армейский воспитательный отдел.
Однако эти положительные сдвиги последних лет были отменены новым начальником Генштаба. Он вернул еврейское воспитание в руки светских людей, у которых, кроме того, превалирует левое и крайне-левое мировоззрение.
Следствием чего стало активное привлечение к воспитательной работе в армии той же организации “Бецелем” (см. выше), провокаторов и прямых пособников врагов Израиля из организации “Шоврим штика” и т.д.
Вместе с тем, очевидно, что подобная политика и подобное мировоззрение в армии, вылившиеся в позорный суд над солдатом Азарьей - совершенно неуместны и неправильны. И будем надеяться, что через некоторое время всего этого в израильской армии не будет. В частности, исчезнет ситуация, когда воспитательную работу в армии Израиля безальтернативно ведет воспитательный отдел - без участия армейского раббанута, сегодня “сосланного на кухню”.
Мы полагаем что, в целом, происходящее сегодня в армейских вершинах, заложником чего стал солдат Азарья, - входит во все более серьезное противоречие с общей тенденцией развития израильского общества, в котором армия традиционно отражает общепринятый общественный вектор. И мы надеемся, что это несоответствие современности будет исправлено, в частности, методом замены нынешних армейских кадров.
Поскольку жизнь требует совершенно другого постольку это противоречащее динамике жизни противоречие должно быть снято. Сама жизнь сметет моральную и нравственную гниль, которая столь наглядно проявила себя, в частности, в поведении высших армейских чинов и политиков левого лагеря в “деле Азарьи“.
Мы должны также понимать, что все проблемы, в конечном счете - в нас самих, а именно: в нашем невнятном понимании того, кто мы и что, мы, евреи Израиля делаем (и должны делать) на Земле Израиля. Ради чего мы живем (и должны жить) ИМЕННО ЗДЕСЬ…
Ответив себе внятно на этот вопрос- мы сделаем все остальные вопросы, в том числе и вопросы к нам, ИЗЛИШНИМИ.
--> ![](/sitep/donate/help_now2.gif)
|
|
New Page 1
|