Материалы сайта www.evrey.com
Посещайте наш сайт ежедневно!


Странные претензии и странная реакция

(25.07-21) Событие, о котором пойдет речь, произошло почти 2 недели назад, 12 июля. Однако известно о нем стало лишь сейчас. Да и то — исключительно благодаря "инсайдерской" информации, попавшей в руки израильских журналистов.

Между тем мы говорим о серьезном дипломатическом событии — о состоявшемся по инициативе президента Франции и прошедшем на повышенных тонах телефонном разговоре между Эммануэлем Макроном и премьер-министром Израиля Нафтали Беннетом.

При этом никакой информации об их беседе из канцелярии израильского премьера не поступило.

Журналисты выяснили, что в ходе разговора, напоминающего на выговор Беннету, президент Франции предъявил главе израильского правительства "жесткие" претензии — в связи с открывшимися фактами попыток шпионажа спецслужб Королевства Марокко за французскими официальными лицами (!? — evrey.com), включая самого президента Макрона.

Для шпионажа, как утверждают во Франции, использовалась разработанная компанией NSO (основана в 2010 году гражданами Израиля) программы "Pegasus".

Стало известно, что возмущенный Макрон потребовал, чтобы Беннет "объяснил", почему  израильские технологии замешаны в шпионском скандале, и заявил, что ожидает, что Израиль "тщательно расследует дело" и "виновные будет наказаны".

В СМИ сообщают, что Н. Беннет, отвечая на претензии Макрона, счел нужным подчеркнуть, что слежка марокканских спецслужб за Макроном и вероятная продажа израильского программного обеспечения имели место — до вступления г-на Беннета в должность премьер-министра. И заверил разгневанного собеседника, что расследование обстоятельств данного дела получит "высший государственный приоритет".


Сразу отметим, что, по-человечески, гнев господина Макрона, обнаружившего, что его личный телефон взломан, вполне можно понять. Странно лишь, что этот праведный гнев направлен не на прямых виновников, организаторов шпионажа. То есть — не на марокканские службы и правительство этой страны (в СМИ, по крайней мере, не сообщают о гневных звонках из Елисейского дворца в королевский дворец в Рабате). И не на собственные спецслужбы, неспособные обеспечить защиту гаджетов высших  лиц государства. Но — на третью сторону, на государство, "виновное" в том, что двое его граждан основали успешную и абсолютно законно действующую компанию по производству  программного обеспечения, цель которого, как официально значится в учредительных документах фирмы — борьба с киберпреступностью и терроризмом.

Возможно, от громогласных гневных демаршей в адрес Марокко Франция решила воздержаться, следуя неписаному закону, согласно которому в современном мире априори предполагается, что французские разведывательные службы (как и прочие) занимаются той же деятельностью, что и их марокканские коллеги. Французам, конечно же, обидно, что иностранные разведки сумели провести французские спецслужбы. Но протестовать по этому поводу — значит выставить себя перед всем миром на посмешище.

Впрочем, существует и консенсус относительно компаний, производящих компьютерное и программное обеспечение, а так же (что поделаешь!) — орудия убийства. Однако до сих пор нам не известны прецеденты, когда компаниям, производящим, к примеру, пистолеты, предъявляли претензии по поводу использование их продукции иностранными шпионами.

Подобные претензии выглядели бы не менее странно, нежели претензии одних спецслужб другим, в связи с тем, что их коллеги занимаются шпионажем.

Обо всем этом, по возможности вежливо, вместо позорных попыток выгородить себя и невнятного и бормотания о согласии расследовать данный инцидент — и должен был напомнить израильский премьер-министр разгневанному президенту Франции.

Не менее уместно было бы указать французскому политику и на то, что компания NSO, с момента своего основания предпринимателями Шалевом Хулио и Омри Лави, несколько раз перепродавалась новым владельцам.

В 2014 NSO приобрел Фонд Francisco Partners Fund. В 2019 — компанию продали фонду Noblepina Capita. И, наконец, в 2020 — NSO приобрел стартап в сфере защиты скиммеров Convexum.


В любом случае, будучи законопослушным участником рынка, компания продавала  программное обеспечение государственным клиентам. Причем, на условии официального обязательства — использовать продукты компании исключительно для указанных производителями целей. То есть — для борьбы с терроризмом и киберпреступностью.

Совершенно очевидно, что в ситуации, если бы на международном уровне существовали какие-либо законные ограничения для продаж подобных продуктов какой-либо стране — компания не стала бы заключать подобные сделки.

Однако ни Марокко, ни другие государства, которых заподозрили в использовании программного обеспечения компании — не ограничены в своем праве приобретать программное обеспечение. В том числе, у израильских фирм.

Отметим попутно, что при том, что компания NSO выпускает качественную продукцию, что делает ее весьма популярной и востребованной — на рынке в данной области существует и другие востребованные производители.

Интересно, позвонил бы президент Франции Макрон, например, премьер-министру Швейцарии, чтобы сделать ему выговор, если бы выяснилось, что американские спецслужбы пользовались не израильским, а швейцарским программным обеспечением?

Ответ на этот риторический вопрос, думается, очевиден.

Если бы такое произошло — швейцарский премьер, скорее всего,  просто поднял бы на смех своего французского собеседника.

Звонок Макрона Беннету, по сути, означает, что французский лидер отказывает израильским участникам рынка программного обеспечения  в праве легально и с соблюдением всех необходимых требований закона, торговать своей продукцией.

И то, что этот вопиющий демарш не получил должной оценки со стороны израильского правительства — лишь подчеркивает, сколь низок политический и личностный статус нынешнего израильского руководства на международной арене.

Именно так, собственно, должен проявляться международный государственный антисемитизм в отношении к еврейской стране — в отказе права на то, на что само собой подразумевается в отношении к другим странам.

За время правления правительства Нетаниягу израильтяне успели изрядно отвыкнуть от этой "нормальной" антисемитской и антиизраильской международной атмосферы. Нынешнее правительство, судя по всему, сделает все, чтобы эти почти забытые ощущения международных "лишенцев" и изгоев — вернулись к израильтянам.