По первому слову первой фразы: «Когда
выйдешь на войну на врагов своих…».
Когда выйдешь на иврите — ки теце.
Обсуждение главы Ки Теце
1. Докопаться до причины
В нашей недельной главе Тора поднимает
тему «прекрасной пленницы» (на иврите — йефат
тоар). И в тексте читаем: «И увидишь среди
пленных красивую женщину, и возжелаешь ее, и
захочешь взять ее себе в жены…» (Дварим,
гл. 21, ст. 11).
Раши (раби Шломо бен Ицхак — величайший
комментатор Торы и Талмуда; Франция, 11-й век),
комментируя данный фрагмент, отмечает, что
Учителя в Талмуде (трактат Кидушин,
лист 21) объясняют, что это разрешение Торы —
лишь уступка дурному началу (йецер а-ра).
Ибо в противном случае, евреи и без
разрешения могли жениться на йефат тоар.
В чем же состояло бы нарушение тех, кто
отправляется на войну, если бы Тора
запретила им жениться на йефат тоар?
Существует, как нам известно, два способа
ведения войны против неприятеля. Обычный —
с помощью оружия и маневров. И способ,
которым могут воспользоваться только евреи
— слова Торы и молитвы, обращенной к Творцу.
Как сказано: «Возвышенные славословия в
горле их, и меч обоюдоострый в руке их» (Теилим
— Псалмы царя Давида, гл. 149, ст. 6).
И там же (гл.27, ст.3) написано: «Если
начнется война — на нее (Тору) надеюсь».
Очевидно, что в нашей главе речь идет об
обычных боевых действиях — с атаками,
осадами, штурмами с оружием в руках. Тора
здесь не упоминается.
Так приходится воевать сынам Израиля —
если они не уделяют должного внимания
изучению Торы. И это уже, само по себе,
зачастую — признак понижения уровня
духовности. А если уровень духовности в
еврейском народе — падает, набирает силу йецер
а-ра, что проявляется, в частности, в
неодолимом влечении йефат тоар. Ведь
дурное начало в человеке — «ключевой
фактор», отвлекающий еврея от занятий Торой
и толкающий его в объятия «прекрасной
пленницы».
Именно против него, против йецер а-ра,
— пишет Раши, — и направлены законы,
связанные с йефат тоар.
Интересно, что Раши облекает свой
комментарий в особую форму. Не говорилось
бы в Торе о «прекрасной пленнице», —
подчеркивает он. — Но сказано, потому что
есть необходимость в противостоянии
дурному началу.
В Талмуде (трактат Менахот, листы 43
и 44) читаем, что один из способов
преодоления йецер а-ра — тщательное
выполнение заповеди о цицит (подробнее
о цицит — см. на сайте, к примеру, в
ответе «Помогите глубже понять суть
заповеди о цицит», № 4439 — с
материалами, на которые в нем даны ссылки).
Учителя наставляют: если в цицит
отсутствует, хотя бы одна нить — чудесное
свойство защиты от дурного начала теряется.
В четырех кистях цицит в общей
сложности — 32 нити. Числовое значение (гематрия)
частицы «не» (на иврите — «ло») равно 31.
Поэтому Раши и написал: «Не говорилось бы в
Торе…». То есть — когда в цицит лишь 31
нить (гематрия частицы «не»),
свойства охранять от дурного начала они уже
не имеют.
Гематрия союза «но» (на иврите — «эла»)
составляет 32. Употребив этот союз в своем
высказывании, Раши обозначил, что только в
таком случае (если в цицит — 32 нити) цицит
действуют против йецер а-ра.
Тот же подтекст находим в Мишлей (Притчи
царя Шломо), в отрывке, где сказано: «Тому,
кто испытывает вожделение к женщине —
недостает сердца» (гл. 6, ст. 32).
Гематрия слова «сердце» (на иврите — «лев»)
— 32.
Иными словами, вожделение может быть «знаком»,
что в цицит — меньше 32 нитей («не
достает сердца»).
на основе комментариев рава
Нафтали-Герца Бамбаха
(глава раввинского суда Самбура,
автор сборника ответов на
галахические вопросы «Гиват hа-Левона»,
конец 19-го, начало 20-го вв., Венгрия)
и рава Баруха Теумим
(автор книги «Барух Таам», конец 18-го,
начало 19-го вв., Галиция)
2. Кто непогрешим?
Продолжим рассматривать тот же фрагмент
из нашей недельной главы, в котором сказано:
«И увидишь среди пленных красивую женщину (в
оригинале — йефат тоар, то есть —
прекрасную пленницу), и возжелаешь ее, и
захочешь взять ее себе в жены…» (Дварим,
гл. 21, ст. 11).
Как же следует поступить с йефат тоар,
захваченной во время военных действий?
В своем комментарии на нашу недельную
главу Раши (раби Шломо бен Ицхак —
величайший комментатор Торы и Талмуда;
Франция, 11-й век) пишет, что воину в такой
ситуации — трудно справиться с собой (со
своим дурным началом — с йецер а-ра). И
если бы Тора не дала на определенных
условиях жениться на «прекрасной пленнице»
— многие воины стали бы нарушителями
еврейского закона.
Мы уже говорили о том, что данное
разрешение — уступка дурному началу.
В конце предыдущей недельной главы (Шофтим)
мы прочли, что от призыва на войну
освобождались те, «кто боязлив и робок
сердцем» (Дварим, гл. 20, ст. 8).
Учителя объясняют, что природа сердечной
робости — страх, что совершенные в прошлом
нарушения негативно повлияют на судьбу
солдата.
Означает ли это, что мобилизованные на
войну прегрешений в прошлом, по их ощущению
— не имели?
Жизненная практика свидетельствует, что
чаще тонут люди, которые считают, что они
отлично умеют плавать. Так же и у еврея,
полагающего, что он — чист перед Небом,
больше шансов «пасть жертвой» прекрасной
пленницы. Ведь если человек думает, что —
безгрешен, и не признается себе в
совершенных им ошибках (а они обязательно
есть у каждого из нас), в первом же сражении
с йецер а-ра он потерпит сокрушительное
поражение.
Написано в Талмуде (трактат Берахот,
лист 5), что человеку, у которого началась
череда неприятностей — следует оглянуться
назад и обдумать свои поступки. Причина
невзгод, скорее всего, кроется в каком-то
его неблаговидном деянии. А если в процессе
серьезных размышлений над собственной
жизнью он ничего такого не нашел, значит,
источник его невзгод — в недостаточном
внимании к Торе.
То есть человек, которому представляется,
что он во всем и всегда поступает правильно,
по сути — отвергает Тору. И высший
авторитет для него — он сам. Точнее — его
дурное начало. И это объясняет, почему он
мнит себя — непогрешимым.
Но вернемся к фрагменту о «прекрасной
пленнице».
В Торе читаем: «…и захочешь взять ее себе
в жены…». Слово «себе» здесь может
показаться лишним. Но, поскольку мы знаем,
что в Торе не бывает «лишних» слов, мы
должны найти в данной формулировке скрытый
смысл. И заключается он в том, что тут
подчеркивается эгоистический мотив.
Известно, что реализация необдуманных,
необузданных желаний (в основе которых —
сиюминутный эгоизм) нередко ведет к
плачевным результатам. Так — во всем. И в
частности — в осуществлении желания взять
в жены приглянувшуюся пленницу-чужестранку.
Потому что хорошего потомства от йефат
тоар ждать не приходится. По выражению
Раши — «распутного сына может она
произвести на свет».
И вообще, во всех смыслах — жену и мать
своих детей лучше искать в своем народе, а
не приводить из военного похода.
на основе комментариев рава Якова-Ицхака
Гурвица
(Хозе из Люблина, выдающийся
духовный наставник хасидов; Польша, вторая
половина 18-го — начало 19-го вв.)
и рава Моше-Якова Равикова
(известен и как Сандляр, т.к. имел
сапожную мастерскую; уроки, которые он
давал по субботам, опубликованы в книге «Ликутей
раби Моше-Яаков»; конец 19-го — первая
половина 20-го вв.; Белорусь — Эрец Исраэль)
.
3. Дурное начало: из противников — в
союзники
Учителя отмечают в Талмуде (трактат Хуллин,
лист 109), что параллельно записанным в Торе
запретам и ограничениям в различных сферах
жизни еврея, существуют и — разрешения на
нечто подобное.
Так, например, в Торе находим запрет на
создание семьи с нееврейкой. При этом —
разрешено жениться на «прекрасной пленнице»
(йефат тоар), которую еврей привел из
военного похода.
Об этом в нашей недельной главе читаем: «И
увидишь среди пленных женщину красивую, и
возжелаешь ее, и захочешь взять ее себе в
жены — приведи ее в дом свой…» (Дварим,
гл. 21, ст. 11-12).
Раши (раби Шломо бен Ицхак — величайший
комментатор Торы и Талмуда; Франция, 11-й век)
в комментарии к рассматриваемому нами
фрагменту раскрывает в данном дозволении
Торы еще один аспект. Тора разрешает взять в
жены йефат тоар, — пишет он, —
исключительно, делая уступку дурному
началу (йецер hа-ра), которое в таких
случаях проявляется с особой силой.
Попытаемся понять глубину и мудрость
этого комментария.
В Талмуде (трактат Йевамот, лист 63)
перечисляются достоинства еврейской жены.
И среди прочего, сказано, что она
воспитывает детей и спасает своего мужа от
греха (имеется в виду грех напрасного
пролития семени).
Здесь важно отметить, что в нашей
недельной главе за фрагментом, в котором
говорится о «прекрасной пленнице», следует
текст о «непослушном сыне»:
«Если
будет у человека сын, бунтующий и
своенравный, который не слушается отца и
матери (в терминологии Торы — бен сорер),
и будут они увещевать его, и не станет он
слушаться их…» (Дварим, гл. 21, ст.
18-21). И —
неспроста. В этом содержится намек на то,
что хорошего потомства от йефат тоар
еврею ожидать не приходится. Значит, и
достоинств, которые позволили бы ей хорошо
воспитывать детей у нее, скорее всего — нет.
Тогда остается только — возможность
спасать от греха.
А грех, как известно — вотчина дурного
начала.
Об этом и идет речь в комментарии Раши:
только из-за дурного начала Тора разрешила
жениться на «прекрасной пленнице». Только
— ради спасения от греха.
Впрочем, у этого комментария есть и другая
грань.
Как известно, главная роль дурного начала
— препятствовать выполнению заповедей,
сбивая человека с правильного пути, толкая
его на поступки, противоречащие велениям
Торы.
Выходит, если бы законы Торы — запретили
еврею жениться на йефат тоар — дурное
начало приложило бы все возможные усилия,
чтобы еврей не устоял перед красавицей. И
вполне может в этом преуспеть. Но в случае,
когда Тора дала этому — легитимацию, йецер
hа-ра, наоборот, сконцентрируется на том,
чтобы не допустить свадьбы. Что нам, как
говорится — «на руку».
На это и намекает комментарий Раши, в
котором он пишет, что только из-за дурного
начала Тора разрешила жениться на «прекрасной
пленнице». Чтобы дурное начало, вместо того,
чтобы быть противником человека, стало его
— союзником.
Здесь следует добавить, что Тора — не
поощряет женитьбу на йефат тоар, но лишь
— допускает, сопроводив свое разрешение
рядом сопутствующих условий. Не выполнив
эти условия жениться на пленнице — нельзя.
Соблюдая же продиктованные Торой правила,
еврей получает некую отсрочку, время на
размышления, в результате которых он может
и отказаться от первоначального намерения.
Подробнее об этом — см. на сайте в обзоре
недельной главы Ки Теце, шестой
годовой цикл обсуждения.
на основе комментариев рава Моше-Якова
Равикова
(известен и как Сандляр, т.к. имел
сапожную мастерскую; уроки, которые он
давал по субботам, опубликованы в книге «Ликутей
раби Моше-Яаков»; конец 19-го — первая
половина 20-го вв.; Белорусь — Эрец Исраэль)
и рава Йонатана Эйбшица
(великий Учитель, автор десятков
книг по всем разделам Устной и Письменной
Торы; Польша-Германия, первая половина 18-го
века)
4. Почему запретили многоженство
В нашей недельной главе, казалось бы,
совершенно ясно и недвусмысленно говорится
о возможности иметь двух жен. Ибо в тексте
написано: «Если у человека — две жены, одна
любимая и одна нелюбимая…» (Дварим,
гл. 21, ст. 15).
При этом известно, что примерно тысячу лет
назад великий Учитель рабейну Гершом (один
из крупнейших комментаторов Талмуда;
Франция – Германия, вторая половина 10-го –
первая половина 11-го вв.; ввел ряд
постановлений, которыми и теперь
руководствуются еврейские общины) стал
инициатором постановления Учителей,
запрещающего многоженство. С тех пор и по
сей день, по еврейскому закону (постановления
ми де-рабанан, то есть — вынесенные
Учителями, в нашей традиции приравнивается
к законам Торы) мужчина, у которого есть
жена — не имеет права взять в жены еще одну
женщину.
Этот запрет записан в Шульхан Арухе
(Свод еврейских практических законов). И
теперь, когда человек обращается в
раввинский суд, чтобы оформить создание
семьи — он должен представить
доказательства, что на данный момент он —
не женат.
Рав Давид
бар
Шмуэль а-Леви (известен
как «Таз» — по аббревиатуре названия
своего комментария к Шульхан Аруху
— Турей Заhав)
в своем
комментарии к Шулхан Аруху пишет,
что Учителя не могут запретить то, что Тора
прямым текстом — разрешает (раздел Орах
Хаим, гл.588).
Так почему же тогда запрещено
многоженство?
Хатам Софер (раби Моше Софер; вторая
половина 18-го века - первая половина 19-го,
Братислава, Словакия) отмечает, что каждый
человек имеет право, с помощью клятвы или
обета, запретить себе даже то, что по
законам Торы считается дозволенным. Так,
если некто возьмет на себя персональный
обет, согласно которому он обязуется взять
в жены только одну женщину — этот обет,
безусловно, будет иметь силу.
Рамбан (Рабейну Моше бен Нахман
— Нахманид; великий комментатор Торы,
Танаха и Талмуда; Испания – Эрец Исраэль,
конец 12-го – начало 13-го вв.), изучив данный
вопрос, приходит к выводу, что глава
поколения, учитывая конкретные
обстоятельства, может вынести
постановление о запрете для всей общины.
Точно так же, как и отдельный человек может
запретить себе что-либо.
Этот вывод Рамбана и явился решающим
аргументом — инициатива рабейну Гершома о
запрете на многоженство стала законом.
Рав Йосеф Шварц из Гросвардина (автор
сборника галахических вопросов и ответов Гинзей
Йосеф) обращает внимание на слова «любимая»
жена и «нелюбимая». Как сказано: «Если у
человека — две жены, одна любимая и одна
нелюбимая…» (Дварим, гл. 21, ст. 15).
И задается вопросом: что это может означать?
Ведь Всевышний любит все свои творения.
Если предположить, что «нелюбимой» в Торе
названа вторая жена, которую мужчина взяли
вдобавок к первой — получается, что Тора не
одобряет двоеженство. И рабейну Гершон, по
сути, выразил мнение Небес.
Так или иначе — все Учителя подтверждают,
что прямого запрета на многоженство в Торе
— нет. С другой стороны — нет и
однозначного, очевидного разрешения на то,
чтобы одновременно заводить несколько жен.
Значит, запрет рабейну Гершома не
противоречит позиции рава Давида
бар
Шмуэль а-Леви. И в любом случае — имеет под
собой основание, согласующееся с той гранью
Истины, которую открывает Рамбан.
на основе комментариев Хатам
Софера
(раби Моше Софер; вторая половина
18-го века - первая половина 19-го, Братислава,
Словакия) и рава Йосефа Шварца из
Гросвардина
(автор сборника галахических
вопросов и ответов «Гинзей Йосеф»)
5. Чтобы не потерялась голова — нужна ограда
В нашей недельной главе сформулирован
важный закон, относящийся, на первый взгляд,
к сфере строительства. Об этом в Торе читаем:
«Когда будешь строить новый дом — сделай
ограду для крыши твоей» (Дварим, гл.
22, ст. 8).
На самом деле огораживать нужно не только
крышу, но и яму, и любое другое опасное место.
И крыша в данном случае — лишь пример,
модель ситуации, когда необходима ограда во
избежание «несчастного случая».
Но почему такой моделью послужила именно
крыша нового дома?
Обсуждая эту фразу, Учителя цитируют
отрывок из Танаха, в котором сказано: «Оставит
нечестивый путь свой» (книга пророка Йешайягу,
гл. 55, ст. 7). И делают вывод, что человек,
который искренне хочет исправиться должен
не только раскаяться в своих проступках и
нарушениях, но — и «оставить путь свой»,
который вел его в неверном направлении. И —
выйти на новую, совершенно иную дорогу,
начать жизнь с «чистого листа».
Об этом и говорится в нашем фрагменте.
Когда еврей чувствует, что его духовный
мир начинает разваливаться, что цинизм и
беспринципность все глубже проникают в его
внутренний мир — он должен начать «строить
новый дом». Ибо даже и «капитального
ремонта» в таких случаях — недостаточно.
Обязательно нужно выстроить себя заново.
При этом Тора дает ценный совет: сделай
ограду.
На иврите «ограда» — мааке. Это слово
имеет ту же гематрию (числовое значение),
что и слово «трепет» (на иврите — йиръа).
А мы уже знаем, что такие «совпадения» в
Торе — не случайны. И в данном случае нам
следует осознать, что только трепет перед
Творцом способен помочь человеку обуздать
его сиюминутные желания, реализация
которых противоречит Его Воле.
Крыша дома, своего рода — «метафора»,
подразумевающая голову человека. Так вот,
когда некто хочет исправиться, его главная
задача, начав выстраивать в себе новую
сущность (возводя здание) — обезопасить,
защитить голову (поставить ограду на крыше).
Ведь в голове — семь особых «ворот»: два
глаза, два уха, две ноздри и рот. И от того,
насколько надежно будут охраняться эти
ворота — зависит, как поведет себя человек.
В Мидраше (Мидраш Раба на книгу Бамидбар,
гл.10) написано: «Глаз видит, и сердце
вожделеет».
Благодаря трепету перед Всевышним (что
служит человеку надежной оградой), Йосеф,
сын нашего праотца Яакова, сумел выстоять в
испытании и не поддаться уловкам жены
Потифара, которая пыталась его соблазнить.
Дарование Торы также началось с трепета (построения
ограды). Как сказано: «И объял трепет весь
народ, который был в стане» (Шемот,
гл. 19, ст. 16).
«Голова», как известно, есть и у года. Это
— Рош hа-Шана (рош в переводе с иврита —
«голова»). Начало года — весьма
благоприятное время для того, чтобы начать
его с чистыми намерениями, стараясь
исправить допущенные ошибки. И очень важно
не забывать построить при этом «ограду».
Без трепета перед Творцом не может быть
полноценного исправления. Недаром период
от Рош hа-Шана до Йом Кипура называется —
Дни Трепета (на иврите — Ямим Нораим).
на основе комментария рава Шалома-Ноаха
Бразовского
